ТВ Экстра | TV Extra — Телеканал о непознанном

всемирная история

Карл: молчание монаха — Всемирная история: ещё один взгляд

Продолжение интересного сеанса регрессолога Дианы Орлан.

Регрессантка исследует тему отношений с конкретным человеком из сегодняшней жизни и погружается в прошлую жизнь монаха во Франции. В ходе регрессии всплывает ещё один запрос регрессантки -тема молчания, сдержанное проявление себя в сегодняшней жизни. Монах Карл, обладающий необычным для Франции именем, вызывает насмешки, но прекрасно владеет латинским языком и различными наречиями французского, служит переводчиком и писарем, начитан и хорошо образован. Однажды волею случая он подслушал разговор, за который был убран как ненужный свидетель казнью через повешение. Год повешения называется как 1500, местность — Прованс.

___
Часть 1. Молчание монаха

-Да, дыши, дыши. Что там за кашель? Горло?
-(откашливается) Да. Я на висельнице вишу. Я монах и на мне такая коричневая ряса с капюшоном, у меня босые ноги и открытые руки. Под ногтями так грязно, потому что я месяц был в тюрьме.
-Ты был в тюрьме.
-Да, на сене. То в келье я в монастыре, то в тюрьме, там всё грязно, сыро. И вот теперь я повешенный, в капюшоне, верёвка такая белая.
-Посмотри со стороны, пожалуйста. Что там?
-У меня крест такой деревянный.
-На груди показываешь. Деревянный крест. А на чём он висит? Он же подвешен?
-Бусины да, такие (показывает), тоже деревянные. Очень простые бусины, может саморучно вырезаны.
-Можно я тебя попрошу ещё в большем масштабе посмотреть. Висит тело, что вокруг?
-Это помост. Небольшая площадь. Люди, да, собрались. Ну это такое обычное дело. Вешают по нескольку раз на день. Улочки такие расходятся от этой площади. Здесь этот палач или висельник, спокойный, тоже он в капюшоне, только в белом, с голым пузом. А там, под лестницей, вот этот настоятель монастыря, тоже толстый,
-Как ты думаешь, зачем он там, на площади?
-Это его рук дело, что я вишу теперь, и он доводит дело до конца, удостоверившись своими глазами, что со мной покончено.
-Можешь посмотреть в глаза этому человеку, прямо сейчас? Какое его состояние?
-Такое слащаво-злорадно-довольное. У него такие прозрачные голубые глаза противные, и он всё время потеет. Он такой потный.
-Он ещё и полный?
-Да, он полный, вечно пот течёт по лицу.
-Примерно возраст? Больше сорока?
-Если мне сорок семь, может я чуть-чуть его старше, ему может сорок, он обрюзглый, тяжело дышит.
-А внешность, голубые глаза, это европейская внешность?
-Да, это Франция.
-Хорошо. Давай про тебя. Ты можешь переместиться назад во времени? Я посчитаю до трёх, пойди, пожалуйста, в самый расцвет своей жизни, до печальных событий. Каким ты был раньше? Раз, два, три. Как ты живёшь, чем ты живёшь?
-Я монах, я живу в этом монастыре. И так как нас очень-очень много, у нас очень маленькие кельи, я почти не ни с кем не общаюсь. Я стараюсь быть таким невидимым среди братьев, людей. И мне нравится то, чем я занимаюсь. Я в библиотеке монастырской, и там такие книги толстые, старинные. Они на латыни, корешки красивые. Иногда я их читаю, а иногда я такие свитки переписываю. С латыни может быть на французский.
-Ты переписчик.
-Я да, писарь.
-Писарь. А можно я тебя попрошу, перенесись на мгновение туда, где ты что-то пишешь. Вдох -а на выдохе иди в самую суть этой работы, и расскажи чуть подробнее, чем ты пишешь, на чём ты пишешь.
-Да, я в этой мини-библиотеке. С левой стороны деревянные коричневые стеллажи. И там книжки в одну стену, в ширину этой стены, очень большой, до потолка. Там они стоят. А с правой стороны окно монастырское, оттуда свет падает, и там видно двор монастырский. А здесь у меня стол такой, как парта старая, здесь у меня перо, я в правой руке держу.
-Ты его обмакиваешь? Показываешь рукой. Куда?
-Да, тут чернильница, из коричневой такой бумаги жёсткой, и если я один разворачиваю, там не моим почерком, какой-то старинный на латыни, красивые…
-Ты знаешь латынь, владеешь латынью?
-Да.
-А кто тебя учил? Давай сделаем шаг назад, мы потом вернёмся к чернильнице. Раз, два, три. Иди туда, где тебя учили чему-то. Сколько тебе лет, где ты.
-Мне 17, и меня только отдали в монастырь.
-17, ты юноша. А до этого чем ты занимался, до 17?
-В какой-то бедной семье жил, хозяйством занимался, мама, что ли, меня пристроила.
-Хорошо. Посмотри свои первые дни в монастыре. Как тебе всё это, всё по-новому?
-Я юный-юный, и у меня есть наставник, взрослый монах. Он, видимо, самый учёный здесь. И как-то он взял меня под своё покровительство. Я такой, очень скромный, зажатый какой-то, то ли немного пугливый, стеснительный совсем, как дикий какой-то. А он как будто распознал что-то во мне и стал мне покровительствовать. И вот он стал меня водить в эту библиотеку, и за этой же самой партой он учил меня латыни. Наверное, я к этому времени ещё был неграмотный.

 

Добавить комментарий